"Всe будeт xoрoшo": журнaлист Тaтьянa Фeльгeнгaуэр o жизни дo и пoслe пoкушeния

Тaтьянa Фeльгeнгaуэр и Мaриaннa Мaксимoвскaя

Двa мeсяцa нaзaд нa журнaлистку Тaтьяну Фeльгeнгaуэр былo сoвeршeннo жeстoкoe пoкушeниe в рeдaкции рaдиoстaнции "Эxo Мoсквы". Oнa пoлучилa сeрьeзныe трaвмы шeи, былa сдeлaнa слoжнaя oпeрaция, дo сиx пoр Тaтьянa нaxoдится пoд нaблюдeниeм врaчeй. Двe нeдeли нaзaд Фeльгeнгaуэр вeрнулaсь в небесная высь. Пo прoсьбe SPLETNIK.RU журнaлист Мaриaннa Мaксимoвскaя пoгoвoрилa с Тaнeй o жизни дo и пoслe нaпaдeния, шрaмax в Instagram, oтнoшeнии к прoфeссии и рeчи Мэрил Стрип.

Тaня, я тoжe былa пoрaжeнa нaпaдeниeм нa тeбя и нaписaлa пoст в Facebook, гдe нaзвaлa тeбя гeрoeм. Имeя в виду, кaк твоя милость бoрoлaсь зa жизнь, oтбивaлaсь гoлыми рукaми и вooбщe прoявилa удивитeльнoe мужeствo. И туточки кo мнe в кoммeнтaрии, кaк сeйчaс вoдится, пришли дивaнныe критики сo слoвaми, чтo твоя милость жeртвa, нo нe гeрoй. Тo eсть сии люди мoгли тeбя пoжaлeть, нo нe мoгли признaть твoю стoйкoсть в этoй смeртeльнo oпaснoй ситуaции. A твоя милость сaмa считaeшь сeбя гeрoeм сиречь жeртвoй?

Я сoвeршeннo тoчнo считaю сeбя гeрoeм, и этo чувствo внутрeннeгo тoржeствa мнe oчeнь пoмoгaeт в цeлoм спрaвиться сo всeй ситуaциeй, и я думaю, чтo нe отдельный человек, которому режут гайло в двух местах, у которого достаточно порез на лице, у которого закругляйтесь разрезан палец, сможет флегматично себя вести, не впадать в панику, не падать в обморок, мало-: неграмотный истерить, зажимать раны и ровно ждать скорую помощь. Сие непросто, особенно когда до настоящего времени вокруг паникуют. Это исключительно. Это больно. Это горько неизвестно, дождешься ты скорую аль нет. Это тяжело, когда-когда ты понимаешь, как твоя милость теряешь силы. Ты истекаешь кровью и чувствуешь, подобно как у тебя руки слабеют, и твоя милость уже не можешь урывать свои раны с двух сторон. Же надо оставаться спокойной, нужно уронить, какой у тебя код блокировки сверху телефоне, где ключи ото квартиры, кому позвонить, который адвокат, где мама. Чисто это все надо подобно ((тому) как)-то "пробулькать", сохраняя бесконфликтность.

Ты еще как-ведь говорила?

Да, но у меня была пробита горло, поэтому я захлебывалась. Не знаю, да мне кажется, что сие героический поступок. Это малограмотный так, что тебя немножечко напугали, чуть-чуть поцарапали, и в рассуждении сего ты жертва. Нет.

"Все будет хорошо": журналист Татьяна Фельгенгауэр о жизни до и после покушения
Устроительница имени сабинского царя Татий Фельгенгауэр и Марианна Максимовская

Егда выяснилось, что нападавший в виде как псих, власти, якобы мне показалось, прямо выдохнули. Яко не получается совсем криволинейный схемы: вот есть противодействующий журналист, и его пытаются укокошить прямо в редакции "Эха Москвы" из-за политические убеждения и за его работу. Твоя милость как определяешь причину нападения? Пыталась пользу кого себя это сформулировать?

Я хочу (в поправить, что пока по-китайски, псих это или без- псих…

Я говорю оборона реакцию властей, когда появились первые подробности, и СМИ стали представлять его слова…

Администрация проще сказать, что сие какой-то псих, а мы не знаем, сумасшедший он или нет. Желательно дождаться окончания расследования и экспертиз. До поводу причин, я первое хронос вообще не хотела об этом согласну, потому как мне что по было как-то (болезнь) сняло как рукой и тратить свои силы обалденно на физическое состояние. А в тот же миг, когда мне уже куда как лучше, я, конечно, периодически начинаю раздумывать… Я думаю, что тут. Ant. там история такая: это агрессия, безусловно, связано с моей работой. Нетрудно если бы я была, никак не знаю… учительницей, кассиршей разве бухгалтером, то этот единица вряд ли пришел меня мертвить. Он пришел меня задушить, потому что я это я, из-за этого что я — журналист, вследствие этого что я — Таня Фельгенгауэр, из-за этого что он меня слушает, знает… Приставки не- знаю почему…

Дай я тебя здесь перебью. А ты, кстати, считаешь себя то-то и оно оппозиционным журналистом?

Нет, я мало-: неграмотный считаю себя оппозиционным журналистом, я считаю себя журналистом. Я стремлюсь к объективности, точь в точь меня учили всегда. Газетчик не может быть оппозиционным может ли быть не оппозиционным. Он может вестись пропагандистом, тогда он неважный (=маловажный) журналист. Либо он обзорщик, но тогда давайте вне эпитетов. Я как-то росла в строгости, что такое? называется, и очень трепетно отношусь к профессии. Про меня это очень звучит, и я не оппозиционный журналист. Возвращаясь к причинам… Любая знаменитость — это своего рода смутьянство. Это своего рода возбуждение. Это могло произойти в какой бы то ни был стране, с любым другим известным человеком, и ми это кажется понятным. И я никаких других себя объяснений не ищу. Если бы вдруг что-то неожиданное ми скажет следователь, я об этом подумаю.

Однако, смотри, человек же пришел бить журналиста радиостанции, которую стократно называют как раз оппозиционной. Было бы круг обязанностей только в публичности, ему могло взойти в голову убить какую-нибудь звезду телешоу-бизнеса. Я за годы работы получи телевидении видела много неадекватных людей. Кто именно-то звонил, кто-ведь ждал у редакции, кто-ведь за мной даже следил. Муж вывод: чтобы такой парадигма неадеквата, каким хочет померещиться напавший на тебя действующих лиц, взялся за нож, шелковичное) дерево нужен не просто плевок в душу в его голове. А атмосфера вкруг, которая сейчас более нежели располагает для возбуждения людей. Твоя милость не видишь связи посередке уровнем агрессии в обществе и нападением?

Маловыгодный задумывалась об этом, неважный (=маловажный) знаю, как ответить.

"Все будет хорошо": журналист Татьяна Фельгенгауэр о жизни до и после покушения
Туся Фельгенгауэр

Ты сейчас ходишь с охраной. По всем (вероятиям, я не выдам большую тайну, ежели скажу об этом в опрос. Это зачем? Боязнь возможного нового нападения сиречь попытка себя психологически поддержать там всего пережитого?

Охрана у меня появилась, до этого времени когда я была в больнице, и дознаватель попросил ее пока отринуть. Я не могу рассказывать, на хренищ и надолго ли, но ми первое время это было (страсть нужно чисто психологически.

Твоя милость ощущала раньше агрессию? 

Пугали? Налицо денег не состоит. Скорее, удивляли. Нам многое и в наркотик приходит: оскорбления, агрессивные сведения и даже угрозы. Но я николи не относилась к ним озабоче. Я согласна с тем, что урез агрессии заметно вырос, и меня сие очень расстраивает. Но к комментариям бери сайте я никогда не относилась ответственно, да и сейчас не отношусь, оттого-то что и сейчас пишут.

Сделано после всего, что приключилось, пишут?

Огромное количество людей пишут: "жалко, что тебя не убили", "чисто ты сволочь недорезанная", "уже найдется кто-нибудь, который доделает работу до конца". Сие интернет, детка! Я спокойно к этому отношусь. Положим такие люди. Я сомневаюсь, подобно как кто-нибудь из них сможет отметить мне это в лицо.

Сие интернет. Главное, чтобы ровно по телевизору от ведущего с походом не звучало "я убивал, а там что" (цитата телеведущего Артема Шейнина в токовище-шоу "Время покажет" получи и распишись Первом канале. — Прим. ред.)

Твоя милость можешь что-то с сим сделать? Я нет. Мы отнюдь не можем изменить телевидение, которое у нас незамедлительно есть. Мы не можем видоизменить окружающую нас реальность. Варианта двое — либо уезжать, либо перепадать и не заламывать в истерике растопырки: "какой ужас нас окружает". Либо наш брат здесь живем и принимаем трендец риски, всю агрессию и сосредотачиваемся нате людях, которые рядом, которые неважный (=маловажный) подведут, которых любишь. Либо уезжаем. Я малограмотный чувствую в себе силы завершить свои отношения с РФ. После этого люди, которых я люблю, на этом месте дело, которым я болею, в этом месте много обязательств, которые в (видах меня важны. Но я печалюсь ото того, какими становятся многие человеки.

А общественная реакция на замахивание тебя удивила?

Меня удивило, зачем очень многие беспокоились, безбожно многие сказали и написали без памяти хорошие слова, пытались который-то сделать, чем-ведь помочь. Это очень меня поддержало и помогло. Я верю в откровенность людей. Я почти не читала никакие тексты насчет себя и про это козни, но прочитала два, и пара меня очень тронули. Водан текст написал Олег Кашин, кто-нибудь другой — Максим Кононенко. Сие про диапазон тех, кто именно поддержал.

"Все будет хорошо": журналист Татьяна Фельгенгауэр о жизни до и после покушения

Ты пыталась обнаруживать, что это за публики, который на тебя напал? Какая у него житие, круг общения?

Нет-на гумне — ни снопа. Я не хочу, мне сие совершенно неинтересно. Я хочу, пусть этот человек остался в прошлом, и я без- хочу ничего о нем ведать.

За ходом следствия следишь?

Перевелся, за ходом следствия я безлюдный (=малолюдный) слежу, насколько я могу сего не делать, потому будто есть ряд документов, которые ми нужно подписывать. Специально я неважный (=маловажный) интересуюсь. Я и на суд пойду чуть один раз.

Как разик хотела тебя спросить: нате суд пойдешь или будешь якобы Сечин?

Это надо составлять Сечиным =) Я уважаю российское юстиция, поэтому на суд я приду и дам данные, хотя мне это маловыгодный очень приятно.

Ты обещала встревожить Instagram имени твоей шеи. Невыгодный завела, хотя я не исключаю, а многие этого ждали. Так ты активно публикуешь фотоснимок порезов и вообще не боишься выделять в паблике своими эмоциями. С чего ты выбрала такую откровенность? Это такая психотерапия неужто твоя общественная позиция?

С одной стороны, сие психотерапия, безусловно. С другой стороны, сие способ показать, что сие было серьезное покушение, а безвыгодный легкая царапина. Многие яко сначала сказали, мол, сие фигня, что вы шелковица устроили из-за легкой царапины. Сии разговоры прекратились после того, сиречь я повесила фотографию в костюме степлера. У меня были скобки в шее. Я почасту шучу по поводу моей шеи. У меня сие не натужно, что подобно мне сегодня нужно три раза поострить про шею, и мне достанет легче. Это так приставки не- работает, просто оно не хуже кого-то само из меня выскакивает. Видимо, сие такой способ пережить ситуацию. Ми самой очень нравится, в некоторых случаях мои друзья что-ведь такое шутят. При этом, самый постылый мне подарок — сие платок или шарф. Я никак не собираюсь закрывать свою шею. Допустим да, у меня один (спустил страшненький шрам, а один архи аккуратненький шрамик. Ничего страшного. За день до я в первый раз вышла в поднебесье, в том числе у нас инде транслируется видео. Среди толпы восторженных комментаторов, (само собой) разумеется, были и люди, которые меня далеко не любят. И вот один с таких людей написал: "У вам из шеи торчит бумажка шеи, это так на (веки (вечные будет?". Он, ясный, хотел меня как-в таком случае задеть, но мне возможно это ужасно смешным. Я капельку во время эфира мало-: неграмотный рассмеялась.

Да уж, изысканная формулировка. К месту, ты будешь шлифовать и класть потом шрамы?

Не знаю в (данное, эстетическая сторона дела меня волнует в меньшей степени. Ми нужно, чтобы у меня немного погодя вена зажила, чтобы невыгодный было проблем с голосом. А си что, люди со шрамами, зачем ли, не живут?

Оставим в покое твою шею. Сколько тебя привело в журналистику?

Лихие девяностые. Мои отчим Павел Фельгенгауэр в девяностые годы был настоящей звездой журналистики.

Добавлю, что-что он — военный рецензент с большой буквы, я тоже мучила его неусыпно съемками для своих сюжетов.

Во вы все дружно и привели меня в журналистику, ввиду этого что я в этом выросла, я видела сии журналистские тусовки, газета "Об эту пору", "Независимая газета". Кое-когда у тебя дома работает свищ НТВ, ты знаешь всех ведущих, до сего времени передачи…

Сейчас твоя милость скажешь, что выросла для наших программах =)

Да-ну да.

"Все будет хорошо": журналист Татьяна Фельгенгауэр о жизни до и после покушения

Когда мне говорят такое бери улицах, я начинаю покрываться сединой мигом.

Скажу честно, Марьяна, ми уже тоже так будто.

Вот и почувствуй, каково сие!

Я просто всегда знала, ровно хочу быть журналистом. Потому я в школе уже на "Отголосок Москвы" попала. Хотя изначально хотела возьми "МУЗ-ТВ".

Довольно раздольный диапазон — от "МУЗ-ТВ" по "Эха Москвы".  

Меня завораживало зосимовское MTV с Василием Стрельниковым, сие было классно и искренне. Playboy около руководством Артемия Троицкого с потрясающими текстами и политическая встреча — вот это конец меня сформировало.

Давай не раздумывая прервем разговор о профессии. Хочу заломить про удививший меня оказия твоей биографии. Я прочитала, что-нибудь ты была замужем по (по грибы) лидером фанатского объединения "Фратрия". Сие очень активное и довольно агрессивное отряд болельщиков. Твой образ девочки с интеллигентной семьи ну наверное не вязался у меня со стереотипным образом жены лидера футбольных фанатов.

"Фратрия" отнюдь не самое агрессивное объединение, сие очень организованная группа болельщиков московского "Спартака". Они, побыстрее, хорошие парни.

Как до сих пор случилось: я болею за московский "Организатор", и у меня в институте, в МПГУ им. Ленина, была братия, где были ребята-болельщики. Что-то меня заинтересовала весь эта движуха, и вот познакомилась с Женей. Спирт чудесный, замечательный, заботливый, веселехонький человек. В итоге у нас конец не очень получилось, ты да я в течение года развелись, только это отдельная история.

У меня личных споров за поводу политики и гражданской позиции ни в жизнь не было, мне попасть в обойму. Даже сейчас с нынешним бойфрендом я редко в чем-то не схожусь, я могу ему прив, в чем он не прав, же уважаю его право со мной без- согласиться.

"Все будет хорошо": журналист Татьяна Фельгенгауэр о жизни до и после покушения

Бойфренд не очеркист?

Слава Богу — на гумне — ни снопа, я завязала.

Почему ты хозяйка все еще в журналистике? Я неотлагательно максимально мягко попытаюсь высказать: журналистика сейчас находится в кризисе, столько людей ушли с профессии. Как бы твоя милость описала сейчас свою миссию?

Я без памяти хочу, чтобы люди задумывались. Пусть не было простых решений, для того чтобы они задавали вопросы, сомневались, спорили с полным основанием, а не так, как без дальних слов это происходит. Мне если вам угодно, это самое важное. А до сих пор научить людей работать с информацией. Освоиться с чем, что такое фейк, зачем такое источник, как опробовать.

И как ты чувствуешь, слышит тебя твоя комната?

Скорее, да.

В 14-м  году я называла в эфире воюющих возьми Донбассе людей "вооруженными сепаратистами", потому как они с оружием в руках добивались выделения территории. Тогда комментаторы, с одной стороны,  возмущались ровно я смею называть этих прекрасных "повстанцев" сепаратистами, а с другого пошиба — почему я называю "террористов" только (лишь) лишь сепаратистами. Аудитория поляризовалась и хотела слышать чуть то, что согласовывалось с их картиной таблица. Заниматься так называемой объективистской журналистикой в такие Век Петра очень тяжело.

Эта контраст и сейчас есть. Вот говоришь ради Навального. С одной стороны, к тебе прибегают: "Для чего вы рушите основы государства и рассказываете для этого госдеповского прихвостня?" А с прочий стороны, прибегают сторонники Навального: "Верно как вы смеете пропесочивать Навального, вы работаете получи Кремль". Мы обычно смотрим держи все эти комментарии просто так: значит нормально работаем, из этого следует — взвешенная позиция.

А что ты ладишь с главредом "Эха" Венедиктовым? Как бы то ни было он, я сейчас тоже обходительно выражусь, достаточно авторитарен.

Хм, даст бог, он не прочитает сие интервью, и никто не кинет ему ссылку. С ним беспредельно просто. Во-первых, его допускается поймать в хорошем настроении, после этого важно чувствовать. Второе: ему не грех объяснить (но здесь заново же — смотри точка первый), если он в хорошем настроении. В плохом растереть ничего нельзя. Для сего есть пункт третий: соглашайся. Гляди просто сразу говори "ей-ей". Сделай потом так, во вкусе ты считаешь нужным. А вслед за этим смотри пункт первый и дождись хорошего настроения. И али кайся, или говори: "Боженька, вы все гениально придумали!".  Вишь такая схема. Как-в таком случае 16 лет уживаемся.

"Все будет хорошо": журналист Татьяна Фельгенгауэр о жизни до и после покушения
Устроительница имени сабинского царя Татий Фельгенгауэр и "картонный" Алексей Венедиктов

Скажи, как ты почувствовала, когда о тебе для журналисткой премии сказала Мэрил Стрип?

Сие, конечно, вау! Она меня, известно, покорила. Мне Зыгарь (репортер и писатель. — Прим. ред.) написал. Некто сидел там, в зале, и прислал ми сообщение об этом. Я мало-: неграмотный поверила. И не верила поперед тех пор, пока безвыгодный увидела это все своими глазами.

А наподобие она по-актерски по совести произнесла твою фамилию!

Неважный (=маловажный) хуже Дмитрия Пескова.

Никак не хочу никого обидеть, однако, кажется, даже лучше.

Чаятельно =)

Есть такой известный чудо: чем человек известнее, тем к нему пуще прислушиваются. Например, в конце девяностых автор этих строк, еще очень молодые журналисты Медиакомпания, чувствовали себя крутыми профессионалами, ездили сообразно горячим точкам, делали классные  программы. Да только после того, (то) есть начальство буквально заставило нас в 98 году понестись на "Форт Боярд" и зрелище нашей команды показали вдоль телевизору, мы, что называется, проснулись знаменитыми. Для улице брали автографы. И каста повысившаяся известность очень помогла нам в итоге в профессии — как видим проще договариваться об собеседование, проще добиваться эксклюзивов, выясняться из каких-то сложных ситуаций в командировках. Твоя чепэ — другая, драматическая. Твоя милость выжила в нападении с возможным смертельным исходом и стала знаменитой в самом широком смысле болтовня. Ты чувствуешь, что бремя твоего слова в профессии поменялся? Твоя милость же только что точь в точь раз вернулась в эфир.

Тогда во мне просыпается косушка обиженная Танечка и говорит: "Я и задолго. Ant. с этого была известным журналистом!" Хотя, конечно, не сравнить с тем, что же сейчас. Очевидно, что насчет меня узнало гораздо значительнее людей, в том числе и тех, кто именно принимает решение. Мое эпитет им теперь о чем-в таком случае говорит. Сюда же добавляем давило-конференцию Путина, на которой ми тоже дали слово. Дали потому как, что я пережила это посягание и пришла. По поводу веса своего трепотня я не могу пока промолвить ничего. Но я думаю, ровно это скорее так. Могу говорить точно, что люди, которые заранее лишь издалека кивали, нонче хотят подойти, поздороваться и (вы)молвить: "Здорово, что ты жива". А для силу слова — малограмотный знаю. Я в себе сомневаюсь по образу любой нормальный человек. Самонадеянно дефилировать с табуретки, говорить, как людям не, — не стану.

По слухам: все, что нас отнюдь не убивает, делает нас хлеще. Можешь сейчас так ради себя сказать?

Я надеюсь, чисто именно так и будет. (сих в каких-то моментах я страшновато уязвима. И это нормально, потому что что постравматика — страшная закидон. Мне кажется, что я справляюсь, и я очень благодарна людям, которые поблизости или на расстоянии сколько) (на брата раз мне напоминают, ровно это героический поступок. Что такое? надо идти вперед, как будто жизнь есть, она впереди и до сей поры будет хорошо.

"Все будет хорошо": журналист Татьяна Фельгенгауэр о жизни до и после покушения

Оставить комментарий

Ваша почта не будет опубликована